Транзит (1988-1999)

05. 17. 2009  –  В рубриках: Конференции

ТРАНЗИТ

Трансцендентальный экспресс «De profundis»:
из глубины донецких руд во глубину руд сибирских
и обратно.

Остановки во времени:
1988, 1989, 1998, 1999…

Остановки в пространстве:
Донецк, Кемерово, Новосибирск, Новосибирск…

Цель: новое филологическое мышление.


Из «Путеводителя по дебрям сибирской филологии»
(неизданного и ненаписанного):

Единственное и главное, что отличает сибирских филологов от европейских – отсутствие культурного пространства, расчерченного для всех вас, как таблица Менделеева, потому-то сибирский филолог выступает одновременно и как конструктор ноосферы и как ее интерпретатор. Отсюда известная наглость, самоуверенность и постоянная готовность не только к овладению, но и обладанию (м.б., несколько циничному) культурным материалом. Все без исключения сибирские филологи наглые и бесконечные дилетанты (кто в высоком, кто в низком значении этого слова), они начисто лишены филологического целомудрия европейцев и в этом плане весьма напоминают первых конквистадоров в Америке. Наиболее отчетливо я испытал это чувство в 68 г., вновь оказавшись на родине: передо мной открылась целина, я понял, что все это мое, что надо возделывать не свою делянку, но все поле, заботясь не столько о качестве земледелия, сколько об объеме (площади?) вспаханного. Позднее, в 72 г., я познакомился с большинством коллег – на первой жанровой конференции в Томске – увидел, что все обуреваемы этой алчностью, граничащей с интеллектуальным хулиганством. Я решился поставить себе пределы, но, увы, это оказалось невозможным в рамках нашего культурно-натурального хозяйства.
В остальном все филологи одинаковы, как шахматисты, один играет лучше, другой хуже, но по тем же правилам, как и во всем мире (Ю.В.Шатин, 1991) .

— Научная школа есть в Новосибирске – но она такая передвижная: В.И.Тюпа, Ю.В.Шатин…
В Кемерово – у меня такое ощущение – школы не было, а была группа исследователей из разных школ, точнее, традиций. Собственно, было всего лишь три лидера: В.И.Тюпа, Н.Д.Тамарченко и В.В.Федоров. Причем, они случайно пересекались по каким-то методологическим соотношениям. Скажем, Тамарченко больше всего интересовало то, что я мог бы назвать герменевтикой, — анализ содержательно-смысловой структуры текста, и он это делал блестяще. Федоров – работал, условно говоря, в области онтологии поэтического слова, поэтому для него значимы поиски глубинных контекстов, философских; он их не представляет никогда, но понятно приблизительно, откуда он двигается, из каких слоев; в этом смысле он был в то время наиболее философски подготовленная фигура. А Тюпа, как я представляю, это ученый, отличающийся очень гибким, мобильным социальным темпераментом, он очень хорошо чувствует разные идеи, очень быстро может их усваивать, осваивать и соединять, и он был таким проблематизирующим центром этой группы. То есть они были совершенно разные: Тамарченко – герменевтика, анализ текста; Федоров – онтологическая, или эйдетическая, поэтика; и Тюпа – поиск междисциплинарных контекстов. И до сих пор интересно, почему они пересеклись и что из этого возникло… (В.В.Максимов, 1999) .

Остановка первая:
семинар «Новое поколение в теории литературы»
(Донецк, 26-27 октября 1988 г.)

Однажды Лебедь, Рак да Щука
задумали сыграть квинтет…
А.О.Панич

Однажды пятеро нестарых донецких филологов задумали совместно с коллегами из Сибири и других регионов империи осмыслить себя как новое поколение в теории литературы.
Ничего нового, как тогда показалось, из этого не вышло.
Но потом стало казаться, что все-таки что-то тогда произошло.

Из неразборчиво записанного
во время семинара:

ДЕНЬ ПЕРВЫЙ
(26 октября 1988 года)

А.А.Кораблев (Горловка):
«О художественности в литературоведении»

Один из главных предрассудков: познание литературы должно быть научным и только научным.
Литературоведение – не знание, а «ведение».
«Эстетический остаток» (что не поддается ни исчислению, ни схематизации) – может быть, то главное, что есть в литературе (и что принципиально не изучают структуралисты: «некорректно поставленные вопросы»).
Научное познание имеет пределы, но это не значит, что мы не должны пытаться эти пределы преодолеть.
Цели литературоведения – из осознания единой цели развития человеческого духа, в котором искусство, наука и жизнь – составные единого целого.
Художественность – адекватность (может и должна быть свойством не только искусства, но и науки об искусстве).
Структура полноценного литературоведческого исследования:
1) фактография (кто есть кто; что есть что; внетекстовые и внутритекстовые факты):
= «научное познание» ? «знание»;
2) аксиоматика (недоказуемое, но принимаемое как факт):
= «инонаучное познание» ? «понимание» («вера»);
3) интерпретация (личностное восприятие; индивидуальное духовное восполнение):
= «художественное завершение» ? «оценка» («поступок»).
Бахтин, Аверинцев – предтечи «нового» литературоведения.

А.В.Рогожкин (Донецк):
Методология как система философских принципов.

Принцип целостности: концепция мира (единство и многообразие). В художественном творчестве – специфические законы становления. Литературоведческое содержание принципа целостности: 1) закон (детерминирование) процесса создания и 2) закон (детерминирование) процесса восприятия.

А.О.Панич (Донецк):
Состояние дел в марксистской эстетике.

Кризис наивной онтологизации произведения.
Креативная эстетика (в противоположность и дополнение к рецептивной эстетике).

А.В.Домащенко (Донецк):
Критика филологического разума.

Необходимо размежеваться, и только потом – кооперироваться (Бахтин).
Теория литературы как филологическая дисциплина.
«Историческая грамматика» Гаспарова. Овеществление художественного произведения. Область эстетики – не является объектом изучения. Область значений, но не смысла (прямого выхода к смыслу нет). «Волга впадает…» – на большее они претендовать не могут.
Структуралисты – овеществляют то, что подлежит овеществлению.
Гегель – перевел установку со значения на эстетику.
«Как сделана «Шинель» – утрата эстетического содержания.
Предстоящий этап – не овеществление, а – оживление.
Архитектонические формы – когда читатель находится на «внутренней» точке зрения.

М.М.Красиков (Харьков):
Критика филологических чувств.

Взгляд литературоведа на литературу – свысока. Хватит мнить себя заведующим литературой. Литературовед – мастер зрения. Нельзя научить, но можно научиться.
Разница литературоведа и литератора – в средствах, а не в целях. Предмет изучения писателя – действительность, литературоведа – художественная действительность + действительность.
Задача исследователя: идти заодно с писателем (прежде – понять). Но происходит навязывание автору своих концепций. «Смирись, гордый человек!» Литературовед должен больше ощущать зависимость от произведения: позиция ученика – не познавшего, а познающего.
Задача писателя: сделать соучастником творческого процесса.

Обсуждение.

С.В.Медовников (Донецк):

Литературовед – это звучит гордо. Надо отказаться от комплекса неполноценности.
Литературовед должен подняться над литературоведом, понять мир. Литературовед должен претендовать на совершенство мысли. Литературовед должен быть самостоятельным, адекватным, равным…
Обозначились два полюса: Рогожкин (свирепое литературоведение, замкнутое на своем жаргоне, вытаскивающее себя за волосы…) и Кораблев (литературоведение как мимолетное видение в нашей жизни).
Если каждый придет с «Моим Пушкиным» – будет ли ущерб народному хозяйству? Интерпретация – путь жизни. Гамлет существует, пока существуют интерпретации.
Вошло поколение. Общности (направления) почти не было. Но должна быть концентрация в одной точке. Недостаточно продумали единство своих взглядов. Не все мы женщины, но надо произвести впечатление.

В.В.Гнатко (Алчевск):

Разрыв между теорией литературы и школьным преподаванием. Наша работа должна быть очеловечена.

В.И.Этов (Москва):

Не согласен с противопоставлением одного литературоведения другому. В литературоведении прежде всего должна быть научность, методологичность.
Сдержаннее относиться к тому, что наработано (отделить зерна от плевел).

Е.Г.Бегалиева (Джамбул):

Раскол поколений. Драма между академическим («сложным») и школьным («простым») литературоведением.
Недостатки – одинаковы:
1) нормативность технических приемов – маскировка под методологию;
2) ненавязчивый акт о патолого-анатомическом вскрытии;
3) попытка дать универсальную истину;
4) смешение популяризаторских и исследовательских задач (подмена смысла материалом).
Наш язык специфичен – посторонним кажется бредом.
Литературоведение развивается не от потребности литературы, а из себя (путем антитез).
Неловкость при объяснении понятий «партийность» и т.п.
Тот уровень, который задан литературоведением, не переведен на язык методологии.

И.А.Есаулов (Кемерово):

Позиция читателя компонуется по-разному в разные периоды: в неканонический период – можно сказать «Мой Пушкин», в канонический – нельзя так сказать (интерпретация может быть неадекватной). В одном случае – предполагается спектр прочтений, в другом – не предполагается.
Если возможны два прочтения – то критерия адекватности нет (истины – нет). Критерий адекватности – текстовая фактография («текстовой мир» – Лотман).
Помимо двух истин – целостность произведения.

В.И.Тюпа (Кемерово):

Что объединяет кемеровцев: лозунг исторической эстетики.
Два фундаментальных принципа: целостность и историзм. Целостность – полнота и неизбыточность; история – неполна и избыточна.
Найти ступеньку для снятия противоположности креативной и рецептивной эстетики.
Введение в литературоведение должно давать теорию литературного произведения; теория литературы – теорию литературного процесса.
О мере научности и художественности – центральная проблема. Не согласен, что необходим уникальный инструментарий для каждого текста. Наука имеет дело с повторяющимися явлениями (может быть, ее ограниченность в этом).
Скептически к «инонаучности» – настораживает. Такими уступками деятельность литературоведа может стать беззащитной для любой конъюнктуры. Выявление специфической научности – первостепенная задача.
Не нужно размывать границы. «Поступок» – не надо втискивать в литературоведение. Литературовед не только ученый; четко разграничивать, где он ученый, а где позволяет себе право на интерпретацию.
Предмет искусства – природа человеческого Я. Искусство выражает человеческое Я – и нужен поиск таких аспектов для анализа.
Гуманитарная точность – иная (математик: «Прямая есть кратчайшее расстояние…»; гуманитарий: «…которая не отклоняется ни вправо, ни влево»). Литературоведческая точность – типологическая. Установить тип типологической точности – все, что я могу сделать как литературовед.
Живое восприятие – выше науки (но без науки можно легко утратить объективность). Наука – обслуживает жизнь.
Есть научная типология, а есть – аналогия. Типологические системы должны быть выстроены логически и исторически (если могу обосновать, когда и почему тип зарождается – значит, нашел).

ДЕНЬ ВТОРОЙ
(27 октября 1988 года)

К.Г.Исупов (Ленинград):
«Мифология истории и социальный самообман»:

Между двумя мировыми войнами – чтобы человек утратил чувство необратимости исторического времени.
Первый памятник тривиальной литературы – «Так говорил Заратустра».
Агрессия мифологической номинации (имя-фетиш, имя-табу).
Мифология «новой жизни» эксплуатирует традиционные тексты («Новый Завет»).
Образ потребной информации – миф. Индустрия социального мифа. В газетах правда – только дата выпуска.
Ощущение непрерывности истории, правильности пути (причина веселья).
Чувство неслыханной новизны, манящее и неизбывное (созидательный энтузиазм).
Шпионофобия (охота на ведьм – выглядит черновиком).
Только в сплошь мифологизированном бытии все трагедии оптимистичны.
Ситуация социального самообмана; равенство душ ответило требованиям этики: равнодушие.
Все обманывают всех, и потому никто никого, так как правда перестает быть альтернативной кривде.
Исполнилось то, что говорил Великий Инквизитор («Мы будем петь и смеяться, как дети»).
Гедонизм особого рода.
Кризис утопического сознания; антиутопия: показывает демифологизированное будущее.
Виновность перед мифом – несут люди, нации, вещи, города (Ленинград-Карфаген).
Утопия любит поэтику числа.
Переход от христианства к язычеству (Мавзолей – начало).
Миф – способ регулирования общественного поведения.
Фольклор бывает только традиционным; фольклор новой эпохи – липа (кроме частушки).

И.А.Есаулов (Кемерово):
«Аспекты художественной целостности»)

III. Интерсубъективный аспект (S – S): Автор // Читатель
«диалог» : «спектр адекватности»
II. Духовно-органический аспект (S – O): Автор // Читатель
«мир» : «спектр»
I. Конструктивный аспект (O – O): Автор // Читатель
«текст» : «адекватность»

1. Органической целостности во времена Платона не было. Античное понимание целостности: конструкция целого. Основной момент – порядок частей. Нарушение упорядоченности ведет к распаду целостности.
На этом уровне: целостность = системность.
Такое представление легло в основу лингвистического и структурно-семиотического понимания текста (исчерпаемость текста и неисчерпаемость произведения).
Читательское восприятие при таком подходе игнорируется.
После немецкой эстетики – нельзя ограничиваться текстом.
2. Духовное единство (Баумгартен и далее). Органичность противопоставляется искусственности. Идея неисчерпаемости произведения. Художественное целое – духовная органичность. Аналогия с организмом.
Вопрос о возможности целостного анализа. «Войти» в произведение – ничего не проясняет. Оставаясь на материальных позициях – вне нас только текст. Этот мир – внутри нас.
Абсолютизация читателя – спектр интерпретаций. Теряется личность автора.
3. Интерсубъективный аспект: автор/читатель/произведение (не текст, не внутренний мир). «Встреча» автора и читателя. Не единая позиция, а спектр адекватных позиций.
Расширение спектра восприятия (массовое искусство – сужение спектра).
Целостность: единство бытия и мира.

Д.П.Бак (Кемерово):
«К проблеме творческой рефлексии»

О природе антитрадиционализма.
Типологические парадоксы:
— герой осознает себя литературной фикцией (Унамуно, Пиранделло);
— герой-художник («Мастер и Маргарита», «Вор», «Черный принц», «Время и место», «Пушкинский дом», «Хромая судьба»…).
Статус самоустановленности литературы.
Рефлексия устраняет риторическое слово – превращает в слово действительности; творческий характер – порождает полифонический роман (чего не было в рефлексии другого периода).
Неклассический период (после кризиса философии). Антитрадиционализм рефлексии достигает пределов, ранее непредставимых – кризис автора:
1) автор завладевает героем;
2) герой завладевает автором.
Рефлексия сопровождает создание произведения, смешивает этическое и эстетическое, жизнь и искусство – делает создание невозможным.
Основная этическая проблема модернизма: создание целостности как таковой – то, где поиски формы не игра, не изыск…
Постмодернизм – тупик; рефлексия предполагает возврат к традиции.
Стерн – предтеча игрового отношения к повествованию.

Е.И.Ляхова (Кемерово):
Хронотоп как типологическая категория (не жанр, а архитектоническая форма).

Идиллическое время – циклично (неразрывное единство жизни и смерти); элегическое время – линеарно (смерть как конец жизни).

А.Э.Зелинский (Джезказган):
«Типология брюсовских циклов»

В центре брюсовской эстетики – гносеология (высшее назначение искусства – быть познанием мира). Рационализация поэтического творчества.

Обсуждение.

А.В.Домащенко (Донецк):

Мандельштам не признал соцреализм («выдуманный метод»). Смысла нет: ни социализма, ни реализма.
Есть трагическое противоречие: мнимого и истинного существования («Смерть Ивана Ильича»). Социалистический реализм это противоречие снимает (то, что было живым в классицизме). Это – не литературоведческая проблема, а – этическая.

А.В.Рогожкин (Донецк):

Цель искусства – в гуманизации всего человечества. Утверждать обратное – было бы глупо, и я этого не утверждал.

А.П.Языков (Донецк):

О свободе информации.

А.О.Панич (Донецк):

О замысле семинара: «Однажды Лебедь, Рак да Щука задумали сыграть квинтет…»
Методология – осознание собственного пути по карте (для других).

А.А.Кораблев (Горловка):

«Страшно далеки они от народа» – это о нас.
Искусство – наука – жизнь: раздельное существование. Цель (и путь) – восстановление целостности.
Литературовед: посредник, но – «с человеческим лицом»; учитель, но – и «ученик».
Не «художественное литературоведение», а – «художественность в литературоведении».

И.А.Есаулов (Кемерово):

В спектре (= силовое поле) – каждый должен найти свою незаместимую позицию.
Анализ – намечает границы. Если все правы – эссеистика (художественность не должна подменять научность).

В.И.Тюпа (Кемерово):

«Свои другие» (дончане и кемеровчане).
Отыскать фундаментальные категории литературы:
архитектонические формы – «художественность» (все те связи, которые существуют между произведением и искусством);
композиционные формы – «литературность» (все те связи, которые существуют между произведением и литературой).
Модусы: способ быть художественным / литературным.
Парадигмы: образцы (исторически стадиальные).
Литературность: жанр (модус) и стиль (парадигма).
Художественность: героика, трагизм, идилличность… (модусы)…
«Рефлективный традиционализм» – единая парадигма художественности. Каждая следующая – раскрытие одной из форм природы искусства (цель искусства начинает пониматься по-другому – начинается новая парадигма).
Классицизм: критерий оценки – правильность; требования к автору – мастерство, к читателю – осведомленность.
Сентиментализм: открытие рефлективной природы искусства; по отношению к автору и читателю – категория «вкуса».
Романтизм: творческая природа искусства (оригинальность, гениальность).
Классический реализм: познавательная природа искусства (типизация – особого рода узнаваемость).
Социалистический реализм (новый – альтернативный – реализм, который получил такое название; лозунгу был придан статус научного понятия): открытие идеологической природы искусства (концептуальность; «диалогичность» творческого акта – ожидание от читателя диалога-согласия). Произведение осознается как высказывание, альтернативное другому высказыванию (классический реализм этого не осознавал: давал то, что есть). В плоскости героя – не формировапние характера, а выбор личности (не «характер и обстоятельства», а «личность» и «история»).
Проблема школьного воспитания: читатель проходит те же этапы (парадигмы); есть читатели, которые стоят на позиции рефлективного традиционализма.

С.В.Медовников (Донецк):

В.И.Тюпа пытается реанимировать, восстановить упавшую твердыню – соцреализм. Не нужно строить подпорки. Все методы возникают естественным путем. Социалистический реализм – искусственное образование; нужно о нем забыть. Пускаться в споры о соцреализме – пустая трата времени.
Идея содержательной формы – идея 60-х. Нет идеи, которая могла бы лечь в основание нового течения.
Возможно, научные идеи должны дополняться другими формами познания.
Нужно сбрасывать шоры. Слишком держимся за прошлое. Надо кое-что сбрасывать с корабля современности, иначе он утонет, перегруженный…

И.И.Стебун (Донецк):

«Социалистический реализм – прославление начальства в формах, доступных его пониманию» (Войнович).

В.В.Федоров (Донецк):

Вопрос о сущности искусства = в чем необходимость искусства.
Есть нужда в поэтических закономерностях – в мире. (Начинать теорию литературы – с постановки вопроса о законопорождающей закономерности).
Художественное произведение художником творится как первое (Бахтин); значит – и как последнее (если быть последовательным).
Конфликт – неблагополучие в творческом начале. Наличие жизненной действительности – конфликт творчества. Последнее жизненное событие – движение, которое решает поэтический/художественный конфликт. Жизнь больше не нужна – следствие противоречия. Необходимость в продолжении жизни – пропадает.

В.И.Этов (Москва):

Не нужно постригать всех под одну гребенку.

М.М.Гиршман (Донецк):

Главное: установление союза большей сплоченности идущего поколения. Новые идеи – следствие.
Надежда: что-то будет… Но и беспокойство, тревога: разрозненность, разрыв…
Преобладающий тон: люди говорят на одном языке, готовы к общению.
Магнитные ловушки (полюса):
одна: «Смирись, гордый литературовед!»
и – «Литературовед – это звучит гордо!»;
другая: литературоведение – наука или искусство?
Найти единый корень – науки и искусства и жизни – творчество жизни, миротворчество – единосущность науки, искусства и жизни. Глубинная неделимость объекта и субъекта (даже в физике); относительность границ между вселенной и человеком – должны быть осознаны как внутренние противоречия.
Научность и художественность – два компонента человеческой деятельности; но в конечных формах наука – универсальная форма (преодоление видовой ограниченности)…
Поступок – переход в иную сферу; необходимо должны быть продуманы несовпадения с конкретными формами жизни – и их нераздельность.
Текст – план эмпирической, конкретной действительности. Мир – принципиально иное, завершенное бытие (все во мне, я во всем). Проблема: переход.
Искусство и наука – создают два поля:
(1) общенаучный критерий повторяемости – между текстом и миром нет однозначной причинно-следственной связи; всегда существует зазор; поле напряженности – заряжает человека, стимулируя творческую деятельность;
(2) поле объединения творческих усилий – найти свое место в мире…
Марксизм – научная идеология. Уникальная попытка: «научная» (= «вечность», «целое»), «идеология» (= конечная размерность); наука – вне социума, сознание – относится к идеологической размерности). Марксизм – задача, проблема. Надежда, что марксистское литературоведение получит толчок. Литература не может быть не партийной (ориентация в социуме; идеологическая мотивированность). Классово разделено человечество (для единого – миф, для разделенного – искусство). Текст должен преодолеть идеологическую размерность.
Троп – слово, соответствующим образом употребленное в определенном месте. Каждое слово – троп.
Начинать филологическое образование: с курса философии (1), затем – историческая эстетика (2), историческая поэтика (3), теория литературы (4).
Веселовский терпеть не мог Гегеля (как Толстой – Шекспира, как Маяковский – Пушкина) – чувствовал, что с ним надо разобраться. Веселовский хотел не фиктивного, а реального единства (в отличие от Гегеля).
Чем меньше знаю произведений, тем легче строить схему.
Рабочая установка должна быть такая: никаких установок.
Нужен социалистический реализм – развивай.
Научная повторяемость – повторяемость родового содержания в новом выражении.
Если литературоведение ругают – пусть.
Литературовед в конечном счете должен работать на то, чтоб не допустить войны – гражданской и мировой.

Страницы: 1 2 3 4

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

Оставьте комментарий


Свежие записи

Свежие комментарии

Облако меток